Лисин Владимир Сергеевич
Автор: Самодуров В.   

Лисин Владимир Сергеевич — человек могущественный и таинственный, как граф Монте-Кристо. Его жизнь поделена между Шотландией, где у него есть свой замок, и Россией, где помимо принадлежащего ему металлургического гиганта у него есть место для уединенных размышлений и поражающих воображение праздников — загородный клуб с ироничным названием «Лисья нора», здесь, в «Лисьей норе», по мановению его руки за ночь могут воздвигнуть уменьшенную копию Венеции с дворцами, каналами и гондолами, в которых будут катать многочисленных гостей во время очередного торжественного приема. Или создать в натуральную величину действующее металлургическое производство с доменными печами и прокатными станами — для проведения корпоративной вечеринки...

Здесь же, устав от имен, лиц, улыбок, расчетов, цифр, меланхоличный миллиардер надевает поверх бейсболки звуконепроницаемые наушники, твердой рукой заряжает винтовку и, словно бросая вызов небу, стреляет в его безмятежную глубину... Бах! И очередная керамическая тарелочка в одно мгновение превращается в расколотый веер брызг. О чем думает и кого представляет в этот момент человек с бесстрастным лицом и живым цепким взглядом? Это тайна не меньшая, чем прошлое олигарха.

Владелец Новолипецкого металлургического комбината и третьего по величине на сегодняшний день состояния в стране, Лисин Владимир Сергеевич не просто избегает разговоров о своем прошлом. Это прошлое если не вырвано с корнем, то спрятано настолько глубоко, что никому еще не удалось до него добраться.

Чьими-то заботливыми и трудолюбивыми руками из биографии Владимира Сергеевича Лисина вырезаны родители, родственники, соседи, школьные друзья и учителя. Словно и не было самого мальчика Володи Лисина, который родился в городе Иваново 7 мая 1956 года, а сразу появился «железный дровосек», уверенно зашагавший вверх по карьерной лестнице.

Для человека с воображением это «белое пятно» в биографии богача может стать источником таинственного волшебного сияния, как пещера Али-Бабы. Но Владимир Лисин — человек, напротив, лишенный того романтического и таинственного флера, которым окружено большинство российских олигархов. И применять к нему этот метод исследования личности по меньшей мери означает грешить против истины. Истина же им включается в том, что не стоит искать черную кошку в темной комнате, особенно если там ее нет. Владимир Лисин родился существом глубоко земным и крепким. С ранних лет сосредоточенный, немногословный, закрытый, он был словно сказочный гном — старик и ребенок в одном лице. И свое детство он пережил просто И без эмоций, как картошка переживает время своего роста в земле.

То обстоятельство, что у Владимира Лисина было довольно спокойное детство, естественно, крайне огорчает любителей покопаться в чужих семейных альбомах и склепах. Но само по себе это обстоятельство весьма сильно характеризует Владимира Лисина и все этапы его последующий недетской биографии. Володя Лисин был вообще мальчиком незаметным. Незаметным настолько, что никто из тех, кто учил Володю в школе и с кем он учился, не может сказать о нем ничего определенного. Вглядываясь в пожелтевшие школьные фотографии, одноклассники с удивлением узнают, что мальчик, стоящий во втором ряду вместе с ними, — ныне один из богатейших людей России.

Прочитав имя на обороте карточки и снова вглядываясь в снимок, напирают с трудом подбирать подходящие слова: Невысокого роста был парень... Не красавец...
Не хулиган... Как учился? Бог его знает, столько времени прошло... Наверное, хорошо учился, раз вы говорите, что в институт поступил...

Это точно. В школе Володя учился хорошо. Причем по всем предметам. Математика не страдала из-за литературы. И наоборот. Четверки, пятерки в дневнике... Были и тройки с двойками, как у всех людей. Но редко. В семье Володю вообще с детства учили тому, что все нужно стараться делать хорошо, любое дело. Последующие события наглядно подтверждают, что в отношении Володи к жизни в детстве и потом мало что менялось. А те вещи, которые он выбирал в детстве сам, потом сопровождали его всю последующую жизнь. Так, например, в 12 лет Володя Лисин впервые взял в руки оружие.

Мелкокалиберную винтовку в школьном тире. С тех пор своему увлечению — спортивной стрельбе — Владимир Лисин никогда не изменял. Меняющееся положение и карьерный рост только обеспечивали новые возможности для реализации хобби. Став олигархом, Владимир Лисин перестал ходить в тир: построил свой собственный стрелковый клуб под названием «Лисья нора» в одном из живописных уголков Подмосковья. Стрельба хорошо снимает стресс, потому что невозможно стрелять, не освободив голову от всего постороннего. Нужно концентрироваться. Просто невозможно думать о чем-то другом, — рассказывает о своем хобби Владимир Лисин.

И в 9, и в 40, и в 50 лет он всегда был одинаково основательным, последовательным и серьезным. Если бы Лисин Владимир Сергеевич родился немного раньше, и не в России, а в Японии, из него получился бы идеальный самурай. Спокойный, лишенный эмоции и стремящийся во всем достичь совершенства независимо от того, идет ли речь о приготовление чая, или о том, чтобы отрубить голову своему соратнику. Причем ничего сверхуникального или диковинного в плане человеческих качеств характера Владимир Лисин собой не представляет. Тот, кто хоть раз общался с профессиональными металлургами, сразу определит эту общую для всех них скупость на слова и на проявление эмоций, определенную жесткость в лице И в голосе. И глаза, темные и колючие, как колотый магнит, — также признак цеховой принадлежности.

Владимир Сергеевич Лисин — характерный представитель этой породы. В семействе российских олигархов он один из двух настоящих металлургов. Втрой — владелец Магнитогорского меткомбината Виктор Рашников — тоже всю жизнь работал в своей отрасли. Владимир Лисин не только с юных лет трудился в металлургии, но и рос в городе металлургов — Новокузнецке. По сути, а судьбе олигарха Владимира Лисина присутствовал момент предопределенности. Он не выбирал себе сферу интересов и самореализации, потому что пространство для этого выбора отсутствовало. Владимир Лисин поступил в единственно возможный в его случае институт — Сибирский металлургический — на специальность «инженер-металлург». Кстати, свои первые серьезные деньги — почти тысячу рублей — Лисин заработал в студенческие годы. Стройотряды тогда были не только способом заработать, но и своеобразной формой духовного единения молодежи. Лисин работал в стройотряде в 1975 году на БАМе. Вместе с товарищами расчищал зону затопления Зейской ГЭС: валил лес, пилил сучья и бревна, готовил распиленные деревья к транспортировке или к сжиганию.

Это было время трудолюбивых романтиков. Если им давали мечту и поле деятельности, они покоряли тайгу, вечную мерзлоту, пробивали тоннели в скальной породе. Согреваясь у костров под бренчание гитары, выдерживали и морозы, и мошкару, и нечеловеческую усталость. Если бы государство сумело не только воспользоваться их энергией и энтузиазмом, но и дать им возможности для самореализации, возможно, мы жили бы в совсем другой стране. Но поколение Владимира Лисина этих возможностей не получило.

После окончания института Владимир Лисин по распределению попал в другой конец страны — в Тулу. Здесь он работал в научно-производственном объединении «Тулачермет», где прошел путь от подручного сталевара до заместителя начальника цеха. Сосредоточенный, неспешный, размеренный рост. Без внезапных взлетов и падений.

Выход на новый виток жизни у Владимира Лисина совпал с началом перестройки. Тогда ему уже было тридцать лет. Исчерпав свои возможности на «Тулачермете», Лисин без каких-либо сложностей перешел на работу в Казахстан, на Карагандинский металлургический комбинат. Это и от родного Новокузнецка было не так далеко, как Тула, и специфика работы была ближе интересам Владимира Лисина. Шел 1986 год. Страна готовилась к переплавке. Одним из тех, кто несколько лет спустя принял активное участие В разливании расплавленной империи в новую фирму, был Олег Сосковец. В 1986 году будущий министр металлургии СССР и в последующем Нлен правительства России, Олег Сосковец работал директором Карагандинского металлургического комбината. К этому времени его заместителям стал Владимир Лисин.

Под руководством Олега Сосковца Лисин приобрел свой первый коммерческий опыт, о чем до сих пор вспоминает с удовольствием. Карагандинский комбинат вместе со швейцарскими инженерами создал дочернюю компанию «ТСК-| щи», гендиректором которой стал Лисин. Фирма воспользовалась лазейкой в законодательства: экспортировать металлы имели право только государственные посредники, но некондиционный металл разрешалось вывозить свободно. За рубежом такую продукцию покупали с большой скидкой, но свои 20-25 миллионов долларов Оборота в год компания «ТСК-Стил» имела.

Вслед за Сосковцом, начавшим восхождение по государственной лестнице, Владимир Лисин из Караганды перебрался в Москву. Здесь его ждала еще одна судьбоносная встреча, которая никак не зависела от желаний и действий самого Владимира. Он просто не знал о существовании американского бизнесмена советского происхождения Сэма Кислина, снова оказавшегося на бывшей родине с целью половить рыбку в мутной воде. До отъезда в Америку Сэм Кислин был заведующим центральным гастрономом Одессы. Так что какой-никакой коммерческий опыт и деловая хватка у Кислина были. Но в новой России Кислин оказался уже в роли владельца металлургической компании с солидным оборотом.

Компания Кислина "Trans Commodities" поставляла на металлургические заводы сырье — частью российское, частью импортное. В какой-то момент его бизнес столкнулся с непредвиденными трудностями. Сразу несколько заводов заявили Кислину, что не могут расплатиться с ним ни деньгами, ни металлом. У промышленника возникла неприятная перспектива потерять вложенные в дело 30 миллионов долларов. Тут-то рядом с американцем и оказался Владимир Лисин, который пообещал решить проблему. Вопрос о том, откуда у бывшего одесского директора магазина оказались средства для вхождения в этот бизнес и чьими стараниями в роли «спасателя» бизнеса оказался Владимир Лисин, по всей вероятности, навсегда останется без ответа. Но то, что торговля металлом, так же как и другой крупный бизнес

В то время, делались исключительно благодаря связям во властных структурах и их непосредственной поддержке, — очевидно.

Закончилось все тем, что мы вытащили деньги, рассказывал впоследствии Лисин, не говори, впрочем, как именно ему удалось это сделать. Скорее всего, он использовал свои знакомства. При этом Лисин отрицает, что получал помощь от самого влиятельного из знакомых — Олега Сосковца.

Это легенда, что в Москву меня пригласил Олег Николаевич, — говорит Лисин. — После Караганды мы с ним всего лишь несколько раз встречались мимоходом.

После первого удачного опыта Кислин и Лисин начали совместный бизнес. Они первыми поставили на широкую ногу практику так называемого «толлинга».

Суть толлинга как специального таможенного режима по переработке сырья сводится к следующему: собственником сырья и готовой продукции является зарубежная фирма, а отечественные заводы только оказывают услуги по переработке, получая за это фиксированную плату. При этом ни сырье, ни готовый продукт не облагаются таможенными пошлинами, а НДС либо не взимается вовсе, либо после его уплаты возвращается обратно. Наибольшее применение толлинговые схемы получили в алюминиевой и легкой промышленности.

В России толлинг стали применять с 1992 года. В начале 90-х российские заводы оказались на грани остановки из-за резкого падения внутреннего спроса. В отсутствие заказов предприятия лишились оборотных средств, а привлечь западные кредиты оказалось весьма сложно из-за высоких страховых рисков. Толлинговые схемы позволяли металлургам получать от зарубежных заказчиков компенсацию за переработку давальческого сырья в пределах 50 % стоимости алюминия на Лондонской бирже металлов. Иностранным поставщикам сырья создали режим максимального благоприятствования: их освободили не только от уплаты НДС, но и от импортно-экспортных пошлин.

Я контролировал один, вместе с моим секретарем, 50 % экспорта российского чугуна. Кроме государственных внешнеторговых объединений, у меня конкурентов не было, — вспоминает Лисин. Обороты бизнеса измерялись уже сотнями миллионов долларов.
Несмотря на успешную работу, Лисин оставался лишь наемным работником в «Trans Commodities". Статус партнера, кроме самого Кислина, имел только один человек — выходец из Ташкента предприниматель Михаил Черной. А другим «простым» наемным сотрудником компании был Искандер Махмудов, нынешний хозяин Уральской горно-металлургической компании, крупного производителя меди.

Стремительный взлет «Trans Commodities" выглядит неправдоподобно легким. Лисин объясняет это тем, что Кислин был первым человеком, кто и принес в отрасль большие деньги. Мы постоянно платили, — объясняет Лисин, имея ввиду, что отгрузка товара оплачивалась «живыми-деньгами. — В то время никого больше не интересовала металлургия, была полная задница.

В 1992 году произошло рождение новой металлургической империи, оставившей глубокий след в истории новейшего российского капитализма. Младший брат Михаила Черного, Лев, привез в Россию британского торговца цветными металлами Дэвида Рубена, увидевшего в России большие перспективы для развития бизнеса. Бывшие партнеры Сэма Кислина — Михаил Черной, Владимир Лисин и Искандер Махмудов — перешли в созданную компанию «Trans World Qroup» («TWG»). С момента создания этой новой компании Сэм Кислин свернул свой бизнес, вернулся в США и больше никогда не приезжал в Россию. Журналисты, на протяжении нескольких лет пытавшиеся выяснить у Кислина, какие аргументы заставили его выйти из бизнеса с миллиардными оборотами, отыскать его в США так и не сумели. Только больше десяти лет спустя автору одной из эмигрантских газет посчастливилось встретиться с Кислиным. Престарелый одессит отрицал все, даже факт знакомства с такими людьми, как Черной и Махмудов. Да, тогдашние партнеры Владимира Лисина обладали удивительным даром убеждения. Вероятно, только предприимчивости и самообладания было недостаточно для того, чтобы делать бизнес в то время.

Уже в 1993 году Владимир Лисин получил в «TWG» статус партнера. Вскоре под контролем группы оказалось большинство крупнейших металлургических заводов страны. «TWG» стала третьим по величине поставщиком алюминия на мировой рынок. Схема толлинга позволяла контролировать предприятия, не покупая акций. А главным защитником толлинга в правительстве считался все тот же Олег Сосковец, уже занявший кресло вице-премьера.

Лисин как представитель «TWG» входил в состав советов директоров пяти заводов: трех алюминиевых и двух стальных — Магнитогорского и Новолипецкого комбинатов.

В 1995 году российская металлургия пережила волну заказных убийств. Вечером 6 апреля 1995 года в подъезде дома № 2 по Ленинградскому проспекту в Москве были обнаружены двое истекающих кровью мужчин — оба с огнестрельными ранениями головы. Ими оказались член правления Саянского алюминиевого завода (СаАЗ) Валерий Токарев и его водитель Лев Казаков. Вызванные на место происшествия милиционеры отправили обоих в Институт им. Склифосовского. В больнице Токарев умер, не приходя в сознание.

Несколькими днями позже двое неизвестных расстреляли на Кутузовском проспекте машину заместителя главы банка «Югорский» Вадима Яфясова. В начале 90-х Вадим Яфясов работал в Министерстве металлургии, в отделе, отвечавшем за выдачу лицензий на экспорт металла. < приходом Яфясова банк «Югорский» начал активно продвигаться на металлургический рынок и заключил партнерские отношения с Красноярским металлургическим комбинатом.

В июле на территории охраняемого правительственного дома отдыха «Снегири» был убит и глава банка «Югорский» Олег Кантор. Киллеры выстрелом в голову убили его телохранителя. Самого банкира буквально выпотрошили при помощи коллекционного испанского ножа из его же собственной коллекции. При осмотре тела эксперты насчитали более 18 глубоких ножевых ран, каждая из которых гарантированно привела бы к летальному исходу.

В сентября 1995 года на 107-м километре Волоколамского шоссе в пяти метрах от асфальтированной площадки для отдыха на куче мусора с пятью огнестрельными ранениями обнаружен труп Феликса Львова, главы российского офиса американской компании, предпринимавшей попытки заниматься экспортом российского металла. Участники бизнес-сообщества видели за всеми этими убийствами зловещую тень «Trans World Group», не терпевшей конкурентов на собственном поле и «вражеских» агентов в своих рядах.

Складывалось впечатление, что стальная империя братьев Черных стремилась обеспечить себе полную и безграничную власть на металлургическом рынке. Но уже через год стальной монстр начал оседать под собственной тяжестью и разваливаться на куски. Первые признаки стремительного разрушения стали заметны через несколько месяцев после отставки Олега Сосковца. Ельцин уволил Сосковца с должности первого вице-премьера в связи со скандалом, разразившимся после пресечения попытки выноса из Белого дома коробки из-под ксерокса с полумиллионом долларов наличными. После отставки Сосковца самыми влиятельными людьми в коридорах федеральной власти стали его непримиримые враги — глава президентской администрации Анатолий Чубайс и премьер Виктор Черномырдин. Этот тандем открыто враждебно относился к компании «TWG». В один миг весь бизнес братьев Черных оказался под ударом. Кроме внешней угрозы стальную империю начали раздирать внутренние конфликты: братья Черные начали конфликтовать друг с другом и принялись делить бизнес.

Распад «TWG» обнажил неожиданные факты. Как оказалось, Владимир Лисин давно приглядывался к одному из принадлежащих группе заводов — Новолипецкому металлургическому комбинату. Пока конкуренты делили рынок и выясняли отношения между собой, незаметный и осторожный Лисин начал собственную игру. Все то время, пока «стратеги» занимались глобальными вопросами, Лисин потихоньку скупал акции предприятия.

К моменту развала группы Лисин завладел 13 % акций Новолипецкого металлургического комбината. Это была серьезная заявка на право участвовать в судьбе предприятия. Братьям Черным к тому моменту принадлежало 34 % акций. И в их планы входило обанкротить завод и распродать его активы. Начав свою партию, Лисин фактически вступал в открытое противостояние с братьями Черными. Но братья не ожидали от бывшего партнера такого открытого неповиновения. А главное, Лисин начал «ходить» первым — и теперь у него было завидное преимущество в складывающейся «партии».

Завод был убыточным, как и многие другие. «Толлинговая схема» позволяла зарабатывать миллиарды структурам, контролирующим экспорт, но сами заводы с этого практически ничего не получали. За имеющиеся у него 13 % акций и совместную успешную работу братья предлагали Лисину щедрые отступные. Принимая во внимание славу братьев Черных, их жесткие методы работы и объективно существовавшие на тот момент в России правила выяснения отношений й бизнесе, это было предложение, от которого нельзя было отказаться. Лисин не сказал «нет», но и не согласился.

Втайне от бывших партнеров он начал реализовывать свой план по установлению контроля над комбинатом. Чтобы выиграть в этой партии, Владимир Лисин заключил вынужденный стратегический союз с Владимиром Потаниным, который также представлял интересы структур, заинтересованных в получении контроля над комбинатом. Параллельно Лисин начал вести переговоры и с другими структурами, ведущими скупку акций. Тем самым Лисин открыто вступил в войну против «TWG». Разваливающаяся империя пыталась защититься, выдвинув судебные иски в адрес Лисина. Бывшие партнеры обвиняли его в том, что он растратил кредит в размере 65 миллионов долларов. Но все суды братья Черные проиграли. Владимир Лисин мог праздновать первую серьезную победу.

К этому моменту Владимиру Лисину удалось заполучить еще одно преимущество. Суть соглашения между Потаниным и Лисиным сводилась к тому, что Потанин не будет препятствовать выкупу Лисиным 50 % акций НЛМК у иностранных компаний и по возможности помешает попыткам братьев Черных обанкротить комбинат.

Благодаря этому Владимир Лисин в короткие сроки сосредоточил в своих руках 63 % акций Новолипецкого комбината. Фактически он стал его владельцем. Но это не означало полной победы и тем более спокойной жизни. Еще два года новый хозяин НЛМК проявлял чудеса дипломатии, удерживая бывших партнеров, а теперь конкурентов от открытых «военных действий». За это время Лисину удалось сделать почти невозможное. Комбинат благополучно пережил кризисный 1998 год и сумел сохранить стабильное положение в 1999-м. В результате мер, предпринятых Лисиным, Новолипецкий комбинат в к 2000 году превратился из банкрота в прибыльное предприятие.

Очередной сильный ход Лисин запланировал на осень 2000 года. Он собирался предложить собранию акционеров дополнительный выпуск акции в обмен Лисин предполагал вложить в развитие предприятия более миллиарда долларов. Выгода от этого шага для Лисина была очевидной - дополнительная эмиссия акций позволяла размыть» пакет, принадлежавший братьям Черным.

Судя по тому, что вопрос о выпуске новых акции был включен в повестку дня собрания акционеров, Лисин имел основания считать, что бывшие коллеги из «TWG» не будут или не смогут возражать. Но накануне собрания акционеров Лисина ждал неприятный сюрприз: 34 % акций, принадлежавших «TWG», сменили владельца. Новым собственником «враждебного» пакета акции стал Владимир Потанин.

До этого момента Владимиру Лисину все время удавалось идти на шаг впереди обстоятельств. И обычно разрыв отношений с партнерами был его инициативой, которая всегда была оправданна. Но на этот раз отношения разорвано с ним. Стратегический партнер не просто переиграл его, он посягнул на завоеванную Лисиным территорию.

Лисин принял вызов и даже начал контратаку. Он предпочел не торговаться с Потаниным за спорные акции и не переплачивать за их покупку, а предпринял адекватные контрмеры. Деньги, которые Лисин планировал потратить на развитие комбината, он пустил на скупку ценных бумаг главного актива Потанина — «Норильского никеля». И теперь уже Потанину пришлось хвататься за сердце!

Длившееся почти год противостояние закончилось мирным договором. В 2001 году Владимир Потанин предложил Лисину акции Новолипецкого металлургического комбината за ту же сумму, которую он сам заплатил за них в 2000 году.

В 2003 году Владимир Лисин впервые появился в рейтинге журнала «Forbes», заняв среди российских миллиардеров 6-е место. По оценкам экспертов, его состояние — 3,7 миллиарда долларов.

Получив контроль над одним из крупнейших в мире металлургических комбинатов, Владимир Лисин отказался от участия в бизнес-войнах как внутри отрасли, так и за ее пределами, и любых посягательств на «чужую территорию», сосредоточив все внимание на развитии предприятия и расширении его деятельности. В «созидательном труде» Лисин продемонстрировал успехи не менее выдающиеся, чем на поле «военных действий». За годы, прошедшие с момента установления им абсолютной власти над предприятием, Новолинецкий металлургический комбинат стал первой в мере вертикально интегрированной металлургической компанией, объединяющей всю цепочку производства металла: от добычи сырья и до сбыта. Вложив около 30 миллионов долларов в реконструкцию собственной ТЭЦ, которая обеспечивает почти половину потребностей комбината в энергии, он снизил затраты на производство. Приобретение одного из горно-обогатительных комбинатов на многие годы обеспечило НЛМК собственной рудой. Два порта, приобретенные прозорливым Лисиным, позволяют ему бесперебойно поставлять металл на экспорт.

В 2005 году НЛМК разместил свои акции на Лондонской фондовой бирже. А в начале 2006 гони мощности комбината расширились за счет приобретения датского сталепрокатного предприятии «DanSteel».

Бывшие «стальные короли» и партнеры Владимира Лисина по «Trans World Group» братья Черные и их компаньоны, братья Рубены, в 2005 году предприняли попытку в очередной раз в судебном порядке оспорить права Владимира Лисина на владение комбинатом. Владельцу НЛМК припомнили некие невозвращенные долги и то, NTO он якобы незаконно завладел акциями предприятия. Но обвинения оказались бездоказательны и вопрос уплаты долгов Лисин решил во внесудебном порядке, еще раз продемонстрировав всем свои мирные намерения. Впрочем, миролюбивый характер сегодняшней деятельности олигарха зиждется на исключительном могуществе и чувстве уверенности в собственных силах.

Владимир Лисин ведет жизнь тихого олигарха, предпочитающего бизнес-войнам стрельбу по тарелочкам в собственном стрелковом клубе.

Кстати, тарелочки, по которым Лисин стреляет из ружья в свободное время, тоже являются продукцией собственного предприятия. Чтобы не завозить их из-за границы и не кормить чужого производителя, Лисин наладил производство тарелочек для стрельбы из отходов металлопроизводства. Оказалось, что кокс и шлаки отлично подходят для изготовления этого спортивного инвентаря. Учитывая страсть самого Лисина к стрельбе, а также то, что на базе его клуба тренируется вся стрелковая сборная России, экономия получилась существенная. Для нужд Владимира Лисина и российских спортсменов комбинат ежегодно производит больше полутора миллионов тарелочек для стрельбы. Сам Лисин, между прочим, выполнил норматив мастера спорта по спортивной стрельбе.

В отличие от многих российских олигархов, Владимир Лисин не коллекционирует яхты, не соревнуется в покупке недвижимости в Лондоне и даже не носит дорогих часов. Предметами его страсти являются коллекция каслинского литья, которую он собирает многие годы, книги и уже упомянутая стрельба. Единственное действительно дорогое приобретение Владимира Лисина — поместье в Шотландии, окруженное девственной природой. Для того чтобы наслаждаться там тишиной, ловить рыбу или охотиться, то достаточно выйти за порог.

Впрочем, Владимир Лисин считает, что все эти радости доступны как богатым, так и бедным.

Большие деньги предоставляют большие возможности, — рассуждает он. — А все остальное… Не знаю... Солнце, воздух, небо, море — для всех одинаковые, независимо от количества денег…